Когда одна религия помещает в ад человеческий Логос другой религии, или когда одна конфессия подобным же образом поступает со святыми другой конфессии, то на самом деле нельзя под предлогом того, что сущностная истина одна, утверждать, что здесь нет вопиющего противоречия или что это противоречие не является, по определению, серьезным недостатком на его собственном уровне; единственное смягчающее обстоятельство, которое можно здесь привести, заключается в том, что упомянутый уровень не является существенным для традиции, то есть что присущая ей духовность вовсе не обязательно связана с данной ошибкой, ибо ее созерцательные души внутри нее тоже не обязательно занимаются этими внешними анафемами своей религии...
Что касается обычных богословских остракизмов, как на Западе, так и на Востоке, глубокий урок нам преподают басни Эзопа и Бидпая; рассказ о лисице и винограде, висевшем слишком высоко, чтобы его достичь, и который по этой причине был провозглашен кислым, повторяется во всех секторах человеческого существования. Именем мудрости некто поносит мудрость своего соседа, чтобы утешить себя или взять реванш за то, что сам этого не открыл; выдающиеся богословы не стесняются заявлять, что внутренний голос Сократа принадлежал лукавому, и не стесняются обзывать всю греческую мудрость дьявольской, хотя все это есть, мягко говоря, пустое сумасбродство, поскольку христианство, даже в своих восточных ответвлениях, не сумело обойтись без помощи той же самой мудрости.
Фритьоф Шуон. Очевидность и тайна. М.2007.Стр.95